Продолжаем знакомить с новыми коллегами, ставшими членами Союза кинематографистов России. Предлагаем вашему вниманию разговор с продюсером, актером Фёдором Балабановым, опубликованный в газете «СК Новости» (№ 6 (464) 22 июня 2026 года).
Фёдор Балабанов: «Для продюсера один из ключевых навыков – договариваться с людьми»
В прошлом году членом Союза кинематографистов России стал Фёдор Балабанов – продюсер, актер, совладелец кинокомпании «Сирин», созданной для реализации независимых авторских проектов. О своем пути в кино, прогулках по Санкт-Петербургу и воспоминаниях об отце, режиссере Алексее Балабанове – в интервью с ним.
– Фёдор, у вас красный диплом Санкт-Петербургского государственного экономического университета. Почему вы все-таки решили заняться кино?
– Когда учился в университете, не собирался связывать свою жизнь с кино. Я уже поработал в художественном департаменте на проекте «Груз 200» у папы, снимался в эпизодах, но никогда не было цели заниматься этим профессионально. Экономический вуз выбрал случайно – меня убедили, что образование там хорошее. Поступил на бюджет. Первые два курса были общеэкономические, и я понял: туризм не мое. Пошел на бухгалтерский учет, потому что там учились мои друзья творческой направленности.
– Пригодилось ли вам экономическое образование в кино?
– Базовые экономические навыки очень полезны в жизни. Узкоспециализированное кинообразование быстро наверстывается – насмотренностью, теорией… А общие вещи – понимание мировой ситуации, мировой экономики – максимально полезны! Плюс экономический вуз дает умение общаться, находить выход из сложных ситуаций, убедительно излагать свою точку зрения. Для продюсера один из ключевых навыков – договариваться с людьми, при этом не обманывая, потому что мир кино очень узкий, и, если испортишь репутацию, об этом быстро узнают все! Нужно быть максимально честным, но договариваться так, чтобы и условия были тебе по силам, и при этом никого не обидеть.
– Вы поработали уже над несколькими фильмами. Что запомнилось в каждом – и как актеру, и как продюсеру?
– Работа в кино – палка о двух концах. Это очень тяжелый труд, который забирает уйму времени: съемочный день может длиться до двенадцати часов плюс дорога домой и обратно, а работа идет шесть дней в неделю… Говорю молодым ребятам: если можете найти другую работу, не надо идти в кино. Если вас так сильно тянет снимать фильмы, что вы не представляете себя без работы, тогда стоит попробовать. Несмотря на сложности, кино – это безумно интересно! Помню все свои фильмы, и каждый по-своему значим, начиная с «Груза 200» – первого проекта, в котором я принимал участие. Считаю, это очень светлое кино с очень добрым финалом. Да, оно рассказывает о тяжелых временах, тяжелых событиях. Но именно финал, когда Антонина приходит и спасает девочку, вызывает во мне определенное чувство справедливости. Глубоко убежден: русский человек способен многое вытерпеть, мы по жизни очень стойкие. Если нас действительно прижать к стенке, мы всегда сами беремся за дело и восстанавливаем справедливость. Мне кажется, кино об этом. На картине мы строили хутор из досок, а потом это ожило на экране. И я еще сыграл в картине маленькую роль. В каждом фильме чему-то учусь. Нет такого шаблона, по которому можно просто «пройтись».
– Нередко вы исполняете эпизодические роли в собственных проектах. Для вас это хобби или нечто большее?
– Люблю играть маленькие роли в фильмах, над которыми работаю. В сериале Анны Матисон «Плевако» сыграл труп Николая Максименко; в проекте НурбекаЭгена«Алиби» – молодого режиссера; в фильме «Огни большой деревни» Ильи Учителя – вратаря, и многие сказали: это одна из самых смешных сцен фильма! Для меня такие съемки как хобби – добавить себя, остаться немножко в кадре… Как, например, Альфред Хичкок – он любил появляться в своих фильмах просто на заднем плане. Но мои маленькие роли никогда не станут основной работой. Могу типажно сыграть персонажа, которого хорошо представляю, но не смогу исполнить тяжелую драматическую роль – это будет неестественно. Папа всегда говорил актерам: «Не играйте. Надо прожить роль. Не надо наигрывать». Если в небольшом эпизоде я могу не наигрывать, а быть органичным, с удовольствием берусь. Если же нет, это не моя история.
– Насколько вам близка атмосфера съемочной площадки?
– Настроение на площадке во многом зависит от съемочной группы. Кино – коллективное творчество. Если люди понимают друг друга и занимаются одним делом, атмосфера чудесная! У моего папы атмосфера была замечательная, многие завидовали… Он старался работать с одними и теми же людьми.
Очень важно найти своих единомышленников и двигаться с ними в одном направлении. Идеально, когда на площадке нет негатива, бесконечных криков и мата.
– Чем атмосфера на съемках у Алексея Балабанова отличалась от атмосферы у других режиссеров — того времени или нынешних?
– Папа всегда знал, что он снимает и что делает, поэтому у него не было никакого сумбура на площадке. Он приходил и четко ставил задачи. Он был очень требовательным, энергичным, но никогда не переходил на личности. Он мог возмущаться, повышать голос, настаивать, чтобы работали и делали, что нужно, но никогда никого не оскорблял. Если человек просто не справлялся, он спокойно, без нервов и истерик, просил его покинуть съемочную площадку и говорил, что больше работать с ним не будет. Очень важный момент: когда отец повышал голос, все понимали: да, можно сделать лучше! С ним очень любили работать, и атмосфера была естественная. Некоторым режиссерам, чтобы зарядиться, нужно принизить других, возвыситься за их счет. С ними ужасно работать, так быть не должно! Режиссер должен находить энергию в чем-то другом, иначе кино у него будет злое!..
– Что вы считаете главным в работе продюсера?
– Если выбрал режиссера и продюсируешь его картину, не лезть в творчество. Можно обсудить, посоветовать, высказать свои мысли до начала съемок или уже на постпродакшне, но на площадке главный – режиссер! Это он снимает кино, а не ты! Если же это продюсерская задумка и ты нанимаешь режиссера на работу, отношения другие. В нашей стране режиссер – ключевая должность. Когда продюсер берет режиссерский проект и пытается изменить его на площадке, это ужасно! Мой отец рассказывал, как продюсер Сергей Сельянов, с которым он работал, никогда не брал на себя финальное слово – оно всегда было за папой. Настоящий продюсер должен договариваться заранее, но всегда договариваться.
– А было бы вам интересно когда-нибудь снять свое кино как режиссер?
– Конечно, хотелось бы! Но для меня в кино так: если придумал идею, и она спустя годы тебя не отпускает; если продолжаешь к ней возвращаться – значит, нужно делать! Время – главная проверка. У меня есть пара идей. Если они пройдут проверку временем, сниму. Недавно Пётр Балабанов, мой младший брат, снял свой первый короткометражный фильм как режиссер. Интересно будет посмотреть, жду с нетерпением!
– Несколько слов о ваших творческих планах.
– В декабре 2025 года я вместе с супругой Анастасией Кожевниковой основал кинокомпанию «Сирин». Сейчас у нас в работе несколько проектов. Запускаем полный метр, сделали тизер мультфильма, ищем финансирование на отрисовку. Еще есть тревел-шоу и короткометражный фильм. Компания только-только появилась, но работа идет!..
– Расскажите о своих экскурсиях по Санкт-Петербургу и местам, где снимал кино ваш отец.
– Не назвал бы это экскурсией – скорее, прогулкой. Делюсь тем, что знаю только я, моя семья, близкие друзья. Мы идем по Васильевскому острову, который папа полюбил, когда впервые приехал в Санкт-Петербург, и который недаром постоянно снимал. Пытаюсь открыть людям, почему в фильмах отца было так, а не иначе. Он пропускал всё через себя… Для меня его фильмы многогранны, потому что знаю, что стоит за теми или иными сценами. Например, в первом классе я выучил стихотворение об огромной семье. Папа попросил записать, что я и сделал печатными буквами в блокнотике, а спустя годы вижу на экране: его читает персонаж по имени Федя во втором «Брате»! Таких историй очень много! Папа снимал о реальной жизни; о том, что с ним происходит, и как люди действительно говорят. Имена в его фильмах неслучайны – он брал их из жизни. Моя прогулка как раз об этом: пытаюсь раскрыть фильм глубже, заодно рассказывая истории из жизни и показывая места, которые папа выбрал для своих картин.
– Как рождается маршрут – от конкретной сцены, воспоминания, атмосферы города?
– Папа обожал проходные дворы Васильевского острова, сам мне их множество показал. Я просто знал, где он ходил, что любил… Соединил – и получился маршрут!.. А наполнение зависит от людей. Всегда говорю: задавайте вопросы, перебивайте! Чем больше вопросов, тем лучше я понимаю, что вам интересно, и лучше адаптирую рассказ. За два часа не могу рассказать всё, что знаю, – информации гораздо больше!
– Случалось ли, что на прогулку приходили люди, лично знавшие вашего отца?
– Да, приходила Надежда Васильева, его вторая жена. Мы даже подискутировали… Она рассказала пару историй, о которых я не знал. Ей понравилось. Сказала, хочет еще раз прийти инкогнито…
– Был ли гость, который знал фильмы лучше вас?
– Наверняка есть люди, которые смотрели некоторые фильмы папы больше,чем я. Они могут лучше помнить, цитировать, но я открываю другое понимание. Моя прогулка интересна и тем, кто видел только «Брата», и тем, кто знает творчество глубоко – для них я открываю другую грань. За все прогулки не было ни одной жалобы, только очень хорошие отзывы. Недавно ребята из Казани написали, что это лучшая экскурсия в их жизни…
– А момент на экскурсии, когда вы особенно остро почувствовали, насколько фильмы Балабанова до сих пор живут в людях?
– С первой прогулки. Одна из нескольких причин, почему я хочу этим заниматься. Однажды ребята на индивидуальной прогулке сказали: «Мы так благодарны, что вы не держите это в себе, а делитесь сокровенным, помогаете фильмам жить дальше!»
– Замечаете ли вы, что молодое поколение зрителей воспринимает фильмы Балабанова иначе, чем те, кто застал девяностые?
– Да, и это здорово! Молодежь видит другой срез реальности, воспринимает иначе – так и должно быть! Когда мы пересматриваем советские военные фильмы, тоже воспринимаем их не так, как те, кто смотрел их сразу после войны. Это не делает фильм хуже. Люди, не заставшие эпоху, смогут ее почувствовать благодаря кино. Самое страшное для фильма – когда через пять-десять лет пересматриваешь его… а он не смотрится. Недавно в кинотеатрах шел первый «Горец», 1986 года. Я не выдержал и ушел с сеанса… А «Брат», снятый на коленке за копейки, где люди работали почти бесплатно, смотрится до сих пор круто! Это мастерски сделанное кино. То, что его пересматривает молодежь столько лет спустя, говорит о качестве и профессионализме.
– Вы сами часто пересматриваете фильмы отца или со временем делаете это реже?
– Стараюсь смотреть в кинотеатрах, на ретроспективах. Дома смотрю редко. Недавно показывали «Про уродов и людей» – с удовольствием сходил! У меня даже была мысль устроить с женой марафон и пересмотреть все фильмы подряд, с первых до последних, в хронологическом порядке, чтобы увидеть, как папа рос и как это ассоциируется с тем, что происходило в его жизни. Может, сделаю новые выводы и поделюсь на прогулках…
– Какой его фильм у вас любимый?
– У меня нет любимого фильма. Есть нелюбимый – наверное, «Замок»; меньше всего нравится. Мне кажется, он не до конца получился… Остальные нравятся больше.
– Как думаете, Балабанов снимал Санкт-Петербург каким он был или каким он его чувствовал?
– В зависимости от ситуации. Когда приехал в Санкт-Петербург, он его полюбил и захотел показать кинематографически. «Замок» снимался не в Санкт-Петербурге, «Жмурки» – в Нижнем Новгороде, «Груз 200» – во многих местах… Но, если история гармонично существовала в Cанкт-Петербурге, он с удовольствием снимал там. Он любил этот город.
– Если бы можно было переснять один фильм Балабанова, то какой?
– Лично я не хотел бы переснимать ни один. Человек должен снимать что-то свое. Если бы это сделал другой классный режиссер, чье творчество я люблю, например, Квентин Тарантино, снял бы того же «Брата», было бы интересно.
– Cовет отца, который оказал на вас наибольшее влияние?
– «Никогда не сомневайся. Как ты сказал, так и должно быть». До сих пор пытаюсь этому научиться.
Беседу вел Даниил Рубашкин
Фото из личного архива Фёдора Балабанова
